Россиян заставят тратить больше денег. Конфискуют ли сбережения? Мнения экспертов

Российская экономика почти весь год находится в затруднительном положении. Повышение ключевой ставки, а затем ее постепенное снижение, инфляция, уход западных инвесторов, прогнозируемый дефицит федерального бюджета. Ежеквартально Центральный банк публикует доклад, в котором представляет свое видение и оценку текущей экономической ситуации, а также прогнозирует, что будет дальше. Судя по последнему прогнозу, который появился в начале ноября, ЦБ с оптимизмом смотрит на экономический рост. Если в августе регулятор прогнозировал, что вместо потребительских расходов экономику поддержит бизнес, то теперь всё наоборот — инвестиций не будет, а россияне должны тратить больше денег. Что это значит, объяснили редакции 72.RU экономисты. «Вам придется покупать товары российского производства дороже, чем вы привыкли платить за импортные» В беседе с корреспондентом 72.RU Дмитрий Прокофьев, экономист и автор Telegram-канала «Деньги и песец», рассказывает, что в августе Центральный банк, оценивая перспективы падения экономики и ее восстановления, делал ставку на инвестиции бизнеса, поддержанные расходами бюджета. — Логика [ЦБ] такая: «Да, сейчас у нас идет падение. Оно, видимо, будет максимальным осенью. И после этого начнется рост. За счет чего? Бизнес будет инвестировать. Откуда у них деньги? А поможет бюджет, будет государственный заказ, под него будут закладываться проекты, предприятия. Соответственно, пойдут деньги. За счет этих денег будет платиться зарплата, будет рост», — объясняет Прокофьев. По словам Прокофьева, «что-то случилось» и по итогам доклада в ноябре регулятор приходит к другому мнению: инвестиций не будет, а экономика должна вырасти за счет россиян. Проще говоря, деньги в бюджет должны принести жители страны, а для этого — тратить больше. — Во-первых, наиболее глубокий спад будет не сейчас, а в следующем году. Он просто сдвигается по времени вперед. Во-вторых, ЦБ предполагает, что не будет никаких бюджетных инвестиций и со стороны бизнеса. За счет чего тогда вырастет экономика? За счет расходов людей: «Мы каким-то образом заставим людей больше тратить, потому что россияне сейчас не хотят этим заниматься». Регулятор [ЦБ] только констатирует факт, а дальше думает правительство. В принципе, этого никто не скрывает. Говорят, что не будет возрождения экономики, пока люди не перестроят свои потребительские привычки. Вам придется покупать товары российского производства дороже, чем вы привыкли платить за импортные, — рассуждает экономист. Многие иностранные компании покинули российский рынок. Их место постепенно занимает отечественная продукция. Но от повышения цен это не спасет. Недавно Госдума одобрила введение акциза на сахаросодержащие напитки. Не исключено подорожание различных напитков в следующем году. Экономист Константин Селянин отметил непоследовательность прогноза Центрального банка: данные за август и более ранние времена существенно расходятся с ноябрьским докладом. На изменчивость, по его словам, повлияла мобилизация. Селянин говорит, что делать прогнозы пока трудно. Объясняет он это отсутствием в достаточной степени последствий от санкций. Эксперт предполагает, что в мире могут быть еще какие-либо потрясения. Платить поменьше, а продавать подороже Дмитрий Прокофьев приводит аналогию с серединой 20-х годов прошлого столетия. Тогда у советских властей тоже стояла задача провести модернизацию промышленности. Иностранный капитал отсутствовал, а денег в распоряжении властей не хватало. Поэтому ввели «механизм трансфертных цен», когда у крестьян покупали хлеб подешевле, а промышленные товары продавали подороже. Крестьяне ответили тем, что стали меньше производить продукции. — Сейчас какая идея: платить россиянам за труд поменьше, продавать товары российского производства подороже. Люди это прекрасно понимают. Они осторожничают, забирают деньги из банков, явно снизилась потребительская активность, — рассказывает Дмитрий Прокофьев. Прокофьев констатирует, что возникает конфликт из-за разбалансировки экономики. Россияне «голосуют рублем». Таким образом они показывают, что не хотят быть потребителями на тех условиях, которые им предлагает власть. — В целом статистика показывает, что потребление сокращается. Благодаря этому мы видим торможение инфляции. Не снижение. Цены растут медленнее, потому что нет покупателей. Представьте себе ситуацию. Если бы год назад, осенью 2021 года, доллар стоил не 80 рублей, а 60 рублей, у вас бы вынесли все магазины, стояли очереди в аэропортах с путевками, автосалоны не успевали бы выгружать автомобили. Сейчас — доллар по 60 рублей, но никакой вспышки потребительской активности мы не видим. Автомобили стоят, Lada Granta по предложенным ценам никто покупать не торопится. Никаких заграничных туристических поездок. Кредитная активность — так себе. Люди бы брали кредиты, но им давать не хотят: как бы его не пришлось списывать, — продолжает рассуждения Прокофьев. «Задача ставится — извлечь все ресурсы из внутреннего производства» Уже сейчас ради покрытия дефицита федерального бюджета власти тратят деньги из Фонда национального благосостояния. На эти же цели, прогнозирует экономист, возьмут в долг деньги у банков, а повышать доходы бюджета будут через налогообложение россиян. Последнее может происходить косвенными методами. В качестве примера можно привести вводимые с 1 июля 2023 года акцизы на сладкие напитки. Об этом мы говорили чуть выше. Прокофьев высказывает предположение, что «сейчас власти будут стараться собрать на всём, что только можно». Он объясняет, что если отметка «уровня накопления в экономике» низкая, то развития не будет. Поэтому правительство может заставить людей интенсивнее работать за меньшие деньги. Собеседник видит еще один вариант — привлечь инвестиции из-за рубежа. И сразу отмечает, что рассчитывать на них сию минуту невозможно. — Задача ставится — извлечь все ресурсы из внутреннего производства. А откуда брать капитал? Крупные владельцы, хозяева российской экономики делиться с ним [с бюджетом] не собираются. Значит, брать у людей. Это может принять самые разные формы: поощрение инфляции, рост самых разных налогов. Могут задуматься о денежной реформе. Технически это не самая сложная задача с учетом уровня цифровизации. Почему бы не реализовать конфискационную денежную реформу? Чтобы какая-то часть сбережений просто пропала. То есть она будет абсорбирована правительством. Чтобы под эту марку повысить цены, изъять сбережения или заставить людей бежать в магазины и покупать всё подряд, не думая, что будет завтра, — предполагает Прокофьев. По мнению Константина Селянина, дефицит федерального бюджета будет еще хуже прогнозируемых (министр финансов Антон Силуанов в сентябре не исключал, что расходы превысят доходы на 1,3 триллиона рублей). Собеседник видит несколько вариантов, за счет чего власти попытаются его покрыть и поддержать экономику. В целом взгляды наших собеседников в этом плане схожи. — Первый путь, по которому пошло правительство, — распечатывание Фонда национального благосостояния. Уже есть постановление: один триллион рублей мобилизован в бюджет. Это дело опасное, на мой взгляд, потому что фонд не бесконечный. Второй — это увеличение денежной массы, печатание денег. Это, конечно, чревато инфляцией, но пока Центральный банк довольно разумно всё это делает. Третий источник по значимости, который будет, безусловно, привлекаться, — это внутренний займ через ОФЗ (облигации федерального займа — государственная ценная бумага. Дает право ее владельцу на гарантированный доход. Размер дохода определяется при выпуске бумаги. — Прим. ред.). И мы тоже видим, что эта программа активизировалась за последние пару месяцев. Нужно помнить, что основные покупатели ОФЗ — это российские банки. Никаких, естественно, иностранных инвесторов в нужных объемах нет и не будет ближайшее время, — рассуждает Селянин. При этом экономист думает, что банки направят меньше денег на рынок ОФЗ из-за случившихся событий. Четвертым вариантом Селянин видит селективное (выборочное) налогообложение отдельных секторов — прежде всего, занимающихся добычей полезных ископаемых. К последнему, пятому, пункту эксперт относит изъятие денег у граждан. Он предполагает, что это может произойти через заморозку вкладов. Экономист относит такое решение к крайней мере. По его мнению, она наименее эффективная. — Это приведет к социальной напряженности. Насколько ее боятся власти, судить не берусь, — подытожил эксперт. Россияне не страдают На вопрос, будут ли из-за этого страдать люди, Дмитрий Прокофьев отвечает по-философски. — Я бы не употреблял слово «страдать». Правительство считает, что россияне сделали свой выбор. Одобряемое ими руководство проводит политику, профинансировать которую нельзя иначе как за счет снижения уровня жизни, потребления, снижения доходов, изъятия сбережений. На всех соцопросах россияне постоянно говорили, что хотят импортозамещения, что они хотят российский товар. У власти нет оснований сомневаться, что россияне поддерживают проводимую промышленную политику. Почему правительство должно думать, что его не поддерживают? Но чтобы проводить такую политику, необходимы деньги. Их неоткуда взять, кроме как у людей. Значит, их возьмут у людей. В какой форме — это уже другой вопрос. У правительства большой опыт, — рассуждает экономист. Он не исключает, что прогноз Центробанка может поменяться. По его словам, регулятор дает понять, что сейчас причины всего, что происходит в российском народном хозяйстве, носят не экономический характер, а политический. Поэтому, уточняет он, невозможно предсказать, какие решения будут приняты даже в самое ближайшее время.